Содержание

• 1 Биография
• 2 Примечания
• 3 Творчество
  • 3.1 Роли в театре (театр Вахтангова)
  • 3.2 Фильмография

Биография

В 1960-70-х гг. — театральный актёр, артист Столичного Театра им. Е. Вахтангова. Вот тогда взял сценический псевдоним Зорин. Через много лет говорил в интервью (Журнальчик «Кругозор»):

— Зачинателем этого псевдонима был выдающийся российский актёр Иосиф Моисеевич Толчанов, соратник Евгения Вахтангова, народный артист СССР, мой преподаватель по училищу и один из ведущих актёров Вахтанговского театра. «Какова фамилия ваша, юноша?» — переспрашивал Толчанов. «Но-тер-зор?! Ну, это совершенно не театральная фамилия. Давайте-ка лучше от последних трёх букв: ЗОР. Пускай будет Зорин!» Вот так и вышло

.

В 1980 году он эмигрировал из страны. В 1980—90 годах работал диктором на Радио Свобода (Мюнхен). С 1996 живойёт в США.

В том же интервью артист поведал, почему пришлось уехать из родной страны. Это и антисемитизм в театре (при жизни и руководстве Р. Н. Симонова это было бы нереально), и быстрое падение уровня постановок, тоже произошедшее после погибели Рубена Николаевича Симонова, и конечно, не могла не сказаться общая обстановка безысходности и серости в стране к началу 80-х…

Но главное — что с годами я всё больше чувствовал себя евреем, и моя 1-ая ошибка при эмиграции в том, что я не направился в Израиль, где есть театр «Габима», некогда сделанный с ролью самого Евгения Вахтангова, и в каком могли быть открыты способности для большей моей реализации. Хотя, грех Бога гневить: в эмиграции мне и озвучивать «русские» кинофильмы доводилось, и роли играть в театрах на Бродвее, и ряд лет работать на радио «Свобода» в Мюнхене…

Приблизительно так повёл разговор и Миша Александрович Ульянов, который сначала 90-х — как раз в мой «мюнхенский» период — приехал в Германию. В то время Ульянов уже был художественным управляющим вахтанговского театра. Он гласит мне:
— Остался бы работать — глядишь, и Народного артиста получил бы, ты же неплохой актёр…
Я в ответ:
— А вы бы меня взяли, если бы я возвратился?
— Да я-то — с дорогой душой взял бы. Хоть на данный момент. Только ведь в театре тебя предателем считают…
Как будто и не прошли годы: там как и раньше царила замшелая моральная атмосфера, от которой я и бежал. Ведь «предателем» я стал тотчас после разговора с Евгением Симоновым, которому сказал о дальнейшем отбытии. Тот мгновенно предупредил: с этого момента на сцену — ни ногой…
Работа на радио «Свобода» совсем не превзошла мне театр. Я и в Мюнхене играл в театре, и в США привозил свои работы. В Нью-Йорке ставил «Принцессу Турандот» Карло Гоцци, «Миллионершу» Бернарда Шоу, играл в пьесах «Москва — New-york — Москва» (по мотивам «Варшавской мелодии»), «Сильнее любви» (по повести Б. Лавренёва «Сорок первый»), «Фиктивный брак» В. Войновича и других. Играл моноспектакль «Записки сумасшедшего» (по Гоголю). Ну и на данный момент, проживая в штате Миссури, не думаю отрешаться от творчества.